1 января 1730 года. Карлу Линнею 23 года, он пишет диссертацию, где критикует суеверия, существовавшие в биологии того времени. Изучая цветы, он сделал открытие – растения можно классифицировать! Линней подсчитывает количество тычинок и пестиков и, на основании своих наблюдений, распределяет растения по классам. К тому времени он изучил под лупой 600 растений, поэтому он уверен в своей идее.
Он распределил растения по 24 классам, исходя из количества пестиков и тычинок. Тычинки в растительном браке – мужчины, пестики – женщины. Класс 1 – монандрии - «один мужчина и одна женщина», диандрии – «двое мужчин в браке с одной женщиной», и так далее до полиандрий - «двадцать и более мужчин в одном брачном покое с одной единственной женщиной».
Линней пишет: «Чашечка цветка – это брачное ложе, где пестик и тычинка вступают в союз. Тычиночные нити - это семенные канальцы, столбик пестика – материнский влагалищный проход, завязь пестика – женский яичник, семязачаток – созревшая яйцеклетка, семя – оплодотворённая яйцеклетка».
Возможно, что когда Линней проводил параллели между системами размножения людей и растений, он хотел более образно и ярко показать работу природы. В своей книге о «любовной игре» растений («Praeludia Sponsaliorum Plantarum») он даёт описание различным частям и органам цветов. Тычиночные пыльники он называет яичками, рыльце пестика – вульвой, а столбик – влагалищем. Как уже упоминалось выше, семязачаток он называет женским яичником. Маткой растениям служит земля.
«Цветок – это радость растения», утверждает Линней во введении к работе о системе классификации растений на основе строения системы размножения, далее он с триумфом добавляет: «Так растение воспроизводит себя!». Всего лишь через несколько месяцев после публикации «Systema Naturae» в 1735 году Линней получил мировую известность. Его идеи о сексуальности цветов многих встревожили, но в то же время они заворожили людей. Некоторые обвиняли Линнея в том, что своими теориями о любовной жизни растений он сбивает с пути истинного молодёжь. Однако всё это послужило только на пользу его научной репутации.